Президент Российского футбольного союза Александр Дюков обозначил ориентиры, когда отечественные клубы и сборная могут вернуться на международную арену. По его словам, вопрос уже давно вышел за рамки чисто спортивной повестки и напрямую зависит от решений ФИФА и УЕФА, однако в РФС рассчитывают на постепенное смягчение ограничений в среднесрочной перспективе, а не в формате «мгновенного допуска» уже в ближайшем сезоне.
Как Россия оказалась вне международных турниров
С начала 2022 года российские клубы и национальная команда отстранены от участия в официальных соревнованиях под эгидой ФИФА и УЕФА. Это касается:
— отборочных циклов чемпионатов мира и Европы;
— Лиги чемпионов, Лиги Европы и Лиги конференций;
— юношеских и молодежных турниров;
— женских соревнований и футзала.
Решения дисциплинарных органов были подтверждены в спортивной юрисдикции, и с тех пор все официальные попытки добиться возврата к статус-кво успеха не принесли. В результате российский футбол живет в режиме «закрытой экосистемы», где важнейшими событиями становятся матчи РПЛ, внутренние кубки и товарищеские встречи.
Что именно анонсировал Дюков
Комментируя перспективы возвращения на международную арену, Дюков подчеркнул, что быстрых перемен ждать не стоит. По сути, он очертил несколько принципиальных моментов:
— повторный допуск российских команд возможен только после изменения общей политико-правовой ситуации вокруг российского спорта;
— никакие внутренние реформы или смена тренеров не могут сами по себе повлиять на решения ФИФА и УЕФА — это вопрос уровня конфедераций и международных институтов;
— в РФС ориентируются на «среднесрочный горизонт» — это годы, а не месяцы.
Таким образом, его заявление стало не анонсом конкретной даты, а скорее обозначением временного коридора: рассчитывать на скорое возвращение уже в следующем евросезоне нереалистично, но в долгосрочной перспективе в организации не считают международную изоляцию вечной.
Возможные сценарии возвращения
Дюков фактически описывает несколько базовых сценариев:
1. Полноценное восстановление статуса-кво
Российские клубы и сборные снова допускаются к турнирам ФИФА и УЕФА на прежних основаниях. Это оптимальный, но на данный момент наименее предсказуемый вариант, полностью зависящий от позиций международных структур.
2. Постепенная реинтеграция
Возможен вариант, при котором сначала возвращаются юношеские и молодежные сборные, затем разрешаются товарищеские матчи под эгидой ФИФА, а уже после — доступ к квалификационным турнирам и еврокубкам. Такой «ступенчатый» подход часто рассматривается организациями, когда речь идет об ослаблении санкций.
3. Расширение неофициального международного календаря
Даже до окончательного возвращения в официальные соревнования российские клубы и сборные могут активнее играть товарищеские матчи с соперниками из дружественных стран, участвовать в коммерческих турнирах и предсезонных кубках. Это позволяет хотя бы частично компенсировать отсутствие международной практики.
Почему сроки так размыты
Отсутствие конкретных дат в высказываниях Дюкова — не попытка уйти от ответа, а отражение реальности. Решение о допуске или недопуске российских команд принимают не в РФС, а в ФИФА и УЕФА. Национальная федерация может:
— поддерживать диалог с международными структурами;
— демонстрировать готовность выполнять регламенты и требования;
— выстраивать юридическую позицию и участвовать во всех возможных процессах.
Но назвать точный год или даже сезон возвращения сейчас невозможно: это зависело и зависит от факторов, выходящих за рамки футбольного поля. Именно поэтому Дюков говорит о «среднесрочной перспективе», а не о конкретном турнире или дате.
Как изменилась внутренняя повестка РПЛ
Отсутствие еврокубков серьезно переформатировало приоритеты клубов. Если раньше многие топ-команды строили состав и стратегию под выступление в Лиге чемпионов или Лиге Европы, то теперь весь фокус сместился на РПЛ и Кубок страны.
Наиболее заметно это по клубам, которые еще недавно стабильно выступали в Европе:
— ЦСКА оказался в непростой ситуации в обороне: уход и травмы ключевых защитников вроде Дивеева обнажили глубину кадровой проблемы. Раньше подобные вопросы во многом решались за счет привлечения легионеров, мотивированных еврокубковой витриной. Сейчас для игроков привлекательность перехода в РПЛ без европейских турниров ниже, и клубы вынуждены активнее развивать собственных воспитанников и искать нестандартные решения на внутреннем рынке.
— «Рубин» переживает очередной этап перезагрузки. Назначение нового тренера стало неожиданностью для многих: руководство выбрало путь обновления философии и стиля игры, вместо привычного «латания дыр» опытным специалистом под задачу выживания или борьбы за середину таблицы.
Такие решения клубов в условиях изоляции — попытка создать внутри страны собственную «лигу развития», где молодым игрокам дают больше шансов, а тренеры пробуют смелые тактические схемы, не оглядываясь на необходимость срочного результата в еврокубках.
Что теряют клубы без еврокубков
Отсутствие международных матчей бьет по нескольким направлениям:
— финансы — нет доходов от групповых стадий, бонусов УЕФА, европейских телеправ и матчдействия;
— репутация — российские клубы меньше фигурируют в мировом новостном поле, о них реже говорят болельщики за пределами страны;
— спорт — игроки лишаются регулярных матчей высокого уровня с иной скоростью, стилем и судейством, что в нормальной ситуации помогает прогрессировать и молодым талантам, и уже состоятельным футболистам.
Поэтому даже внутренние «зимние детективы» в РПЛ — неожиданные трансферы, смены тренеров, тактические революции — воспринимаются с особым интересом: они частично компенсируют болельщикам отсутствие международных сюжетов.
Влияние на сборную России
Национальная команда также оказалась в необычном положении. Нет полноценных отборочных циклов, нет официальных матчей с сильнейшими сборными Европы и мира. Вместо этого — отдельные товарищеские игры.
Для тренерского штаба это создает целый ряд сложностей:
— сложнее объективно оценивать уровень игроков в условиях отсутствия матчей «под давлением» за выход на крупный турнир;
— тяжелее выстраивать долгосрочную тактику — непонятно, под какой именно турнир и в какие сроки нужно готовить команду;
— снижается мотивация для части футболистов, которые привыкли мерить свой прогресс выступлением на чемпионатах мира и Европы.
В такой ситуации ключевая задача — использовать существующие окна ФИФА максимально эффективно: подбирать соперников, которые дают нужный уровень сопротивления, тестировать схемы и сочетания, привлекать перспективную молодежь.
Что могут сделать болельщики и клубы уже сейчас
Пока решения ФИФА и УЕФА остаются неизменными, внутри страны продолжается поиск способов минимизировать последствия изоляции:
— развитие детско-юношеского футбола, чтобы к моменту возвращения на международную арену в распоряжении были готовые поколения игроков;
— улучшение инфраструктуры — тренировочных баз, стадионов, медико-научного сопровождения;
— повышение зрелищности и конкурентоспособности РПЛ, чтобы внутренний чемпионат не превращался в замкнутую «лигу по инерции», а оставался привлекательным продуктом для болельщиков и инвесторов.
Именно от того, насколько российский футбол сохранит и приумножит свой уровень в годы изоляции, во многом будет зависеть, как он впишется в международный контекст после снятия ограничений.
Чего ожидать в ближайшие годы
С учетом позиции, озвученной Дюковым, реалистичная картина на ближайшую перспективу выглядит так:
— быстрый, резкий возврат к полноценному участию в еврокубках выглядит маловероятным;
— более реалистичен постепенный сценарий — от расширения товарищеского календаря до возможного допуска отдельных возрастных или форматов команд;
— РПЛ продолжит играть роль основной арены для развития игроков, тренеров и управленцев.
Руководство РФС старается держать открытым диалог с международными федерациями и не отказывается от идеи возвращения в европейскую систему соревнований. При этом в публичных заявлениях, включая последнюю позицию Дюкова, уже нет иллюзий: речь идет о долгой дистанции, а не о разовом политическом решении, которое изменит все за один сезон.
Именно поэтому для клубов, игроков и болельщиков ключевым становится не вопрос «в какой день нас вернут», а «в каком состоянии мы подойдем к моменту, когда вернуться снова станет возможно».